Демократическая партия против AI?

Автор: Байесовская красота

Когда политические лозунги сталкиваются с интересами отрасли: через призму борьбы двух партий в США, увидеть истинную логику капитального рынка ИИ. После промежуточных выборов в США в 2026 году на рынке снова появилась знакомая нарратив: демократы победили, американская индустрия ИИ пострадает; строительство дата-центров может быть ограничено, капитальные расходы технологических гигантов будут под ударом, и поэтому бычий рынок ИИ столкнется с системными рисками. Это утверждение кажется логически завершенным. Но если мы немного растянем историю, мы обнаружим очень важный вопрос:

С 2022 по 2024 год президентом США является демократ Байден. Что произошло с американской индустрией ИИ в 2023-2024 годах?

Это взрыв генеративного ИИ, резкий рост спроса на вычислительные мощности, расширение капитальных расходов технологических гигантов и исторический рост прибыли таких компаний, как NVIDIA.

Разве эти события произошли в другой Америке? Если демократы естественно противостоят развитию ИИ, то почему самый важный период коммерциализации американской революции ИИ произошел именно во время правления демократического президента?

Конечно, рост рынка не означает, что правительственная политика обязательно правильна. Однако исторические факты по крайней мере напоминают нам: проводить прямую аналогию между правлением демократов и упадком индустрии ИИ логически слишком грубо и недостаточно обосновано. Более важным, чем партийные ярлыки, является понимание реальной политики, экономических интересов и механизмов передачи в отрасли.

I. Сначала уважим историю: насколько вырос ИИ во время правления демократов?

Давайте сначала посмотрим на несколько цифр.

В 2022 году индекс Nasdaq упал на 33,10%.

В 2023 году Nasdaq вырос на 43,42%.

В 2024 году Nasdaq продолжил расти на 28,64%.

Только за 2023-2024 годы накопленный рост Nasdaq составил около 84,5%.

Теперь посмотрим на наиболее представительную компанию в индустрии ИИ — NVIDIA.

Согласно годовому отчету, поданному NVIDIA в SEC, ее доход от бизнеса дата-центров:

FY2023: 15,005 миллиарда долларов;

FY2024: 47,525 миллиарда долларов;

FY2025: 115,186 миллиарда долларов.

Всего за два финансовых года доход от бизнеса дата-центров вырос примерно в 7,7 раза. FY2025 заканчивается 26 января 2025 года и в основном отражает развитие бизнеса в 2024 году. В то же время капитальные расходы Meta в 2024 году (включая выплаты по финансируемой аренде) достигли 39,23 миллиарда долларов, а денежные расходы Microsoft на приобретение недвижимости и оборудования в 2024 финансовом году составили 44,48 миллиарда долларов. Эти расходы не полностью относятся к ИИ, но в полной мере показывают, что в то время крупные технологические компании проводили масштабные инвестиции в инфраструктуру.

Эти цифры не являются предположениями общественного мнения, а представляют собой официальные финансовые данные компаний. Необходимо подчеркнуть, что в 2023-2024 годах США находились под политическим режимом демократического президента и двухпартийного разделения Конгресса, и нельзя полностью приписывать рост демократам. Точно так же в 2022 году, когда демократы контролировали Белый дом и обе палаты Конгресса, акции технологических компаний также сильно упали.

Что это означает?

Рост и падение акций технологических компаний никогда не были однозначной функцией партийных переменных. Медвежий рынок технологий 2022 года был тесно связан с быстрым повышением процентных ставок Федеральной резервной системы, ростом реальных процентных ставок и сжатием оценок; бычий рынок ИИ 2023-2024 годов был вызван совместным воздействием технологических прорывов, пересмотра прибыли компаний, расширения капитальных расходов и восстановления склонности к риску.

Если бы одну партию можно было использовать для объяснения роста и падения акций технологий, то медвежий рынок 2022 года и бычий рынок 2023 года в рамках одного и того же президентства невозможно было бы объяснить одновременно.

II. Действительно ли администрация Байдена против ИИ? Лучше посмотреть, что она на самом деле сделала

Более важным для исследования, чем рост рынка, являются реальные политики того времени.

Во-первых, в августе 2022 года был официально подписан Закон о полупроводниках и науке.

Этот закон выделяет 52,7 миллиарда долларов на полупроводниковую индустрию США и связанные секторы, из которых около 39 миллиардов долларов предназначены для стимулов по производству полупроводников, а около 11 миллиардов долларов — на исследования и разработки. Этот закон получил поддержку обеих партий и не был выполнен только демократами. Но он действительно был подписан и реализован во время правления Байдена. Одна из его основных целей — укрепить производственные мощности США в области полупроводников и уменьшить уязвимость критических технологических цепочек поставок.

Полупроводники являются важной частью инфраструктуры вычислительных мощностей ИИ. Если бы федеральное правительство в то время полностью противостояло развитию индустрии ИИ, было бы трудно объяснить существование такой масштабной отраслевой политики.

Во-вторых, в октябре 2023 года Байден подписал административный указ EO 14110.

Многие сегодня, упоминая этот указ, помнят только о тестировании безопасности, рисках алгоритмов и государственном регулировании. Но полный документ касается не только управления рисками, но и поддержки инноваций в ИИ, содействия конкуренции, привлечения талантов, продвижения научных исследований и применения в правительстве. Этот указ отражает комбинацию политик: он стремится как к развитию ИИ, так и к его определенному регулированию. Можно спорить о том, не слишком ли высоки его затраты на соблюдение норм или подавляют ли некоторые требования безопасности инновации. Но нельзя просто переписывать "регулирование ИИ" как "противодействие развитию технологий ИИ".

В-третьих, в сентябре 2024 года Белый дом активно координирует строительство дата-центров ИИ.

12 сентября администрация Байдена собрала крупнейших облачных провайдеров, компании ИИ, операторов дата-центров и энергетические компании для обсуждения крупных дата-центров ИИ, строительства электросетей, чистой энергии, утверждения проектов и потребностей в рабочей силе. Затем Белый дом способствовал созданию рабочей группы по инфраструктуре дата-центров ИИ, координируя соответствующие ведомства для решения проблем строительства. Это как раз подтверждает, что тогдашнее демократическое правительство осознало: конкуренция в области ИИ — это не только конкуренция алгоритмов, но и конкуренция в области GPU, энергии, электроэнергии, дата-центров и возможностей поставки инфраструктуры.

В-четвертых, в октябре 2024 года ИИ официально вошел в ядро национальной стратегии безопасности США.

Администрация Байдена выпустила меморандум о национальной безопасности NSM-25, требуя от США сохранить лидирующие позиции в области передового ИИ и координировать вычислительную инфраструктуру, исследования и разработки, а также применение в области национальной безопасности. Даже 14 января 2025 года, накануне ухода Байдена с поста, он подписал EO 14141, специально направленный на содействие строительству инфраструктуры ИИ в США, включая требование к Министерству обороны и Министерству энергетики определить федеральные земли, подходящие для строительства передовых дата-центров ИИ.

Конечно, административный указ не означает, что проекты уже завершены, а политические цели не равны конечному результату. Но, по крайней мере, исходя из текстов политики и административных действий, так называемое обобщение "демократы против развития ИИ в США" не соответствует этим фактам.

III. Настоящее различие: поддержка технологий ИИ не означает безусловную поддержку технологических гигантов

Здесь необходимо ввести важное различие: поддержка развития отрасли не равнозначна поддержке всех компаний этой отрасли в сохранении всех прибылей.

Администрация Байдена с одной стороны поддерживает полупроводники и инфраструктуру ИИ, а с другой — усиливает антимонопольные меры, управление безопасностью ИИ и экспортный контроль.

В январе 2024 года Федеральная торговая комиссия США официально начала расследование отношений между Microsoft и OpenAI, Amazon и Anthropic, Google и Anthropic, обращая внимание на то, ограничивают ли крупные технологические компании конкуренцию за счет финансовых, вычислительных и контрактных преимуществ.

В 2022 и 2023 годах администрация Байдена также постепенно усиливала экспортный контроль на передовые вычислительные чипы в Китай. Эти меры действительно могут повлиять на доходы, затраты и конкурентные преимущества технологических компаний, и их нельзя недооценивать. Но они направлены на рыночную структуру, национальную безопасность и технологическое распространение, что не означает, что правительство США хочет остановить инновации в своей индустрии ИИ.

С экономической точки зрения здесь существуют три различных интереса:

Государство хочет иметь передовые технологии ИИ.

Компании хотят создавать прибыль с помощью технологий ИИ.

Общественность хочет, чтобы затраты и выгоды, связанные с развитием ИИ, были разумно распределены.

Все три интереса могут быть в целом согласованы, но не могут быть полностью согласованы всегда.

Поэтому правительство вполне может одновременно субсидировать местное производство полупроводников и ограничивать экспорт некоторых высококачественных GPU; одновременно продвигать строительство дата-центров ИИ и требовать от крупных технологических компаний нести больше затрат на электросети. Сжать эти различные уровни политики в одно предложение "поддерживать ИИ" или "противостоять ИИ" на самом деле затмевает настоящие вопросы, которые стоит изучить инвесторам.

IV. Споры 2026 года по сути уже сместились: кто будет оплачивать расширение ИИ?

Почему дата-центры в 2026 году внезапно стали важной темой местных выборов в США?

Ответ заключается в том, что расширение инфраструктуры ИИ начинает порождать все более значительные внешние затраты. Исследование, опубликованное Министерством энергетики США в 2024 году, показывает, что в 2023 году дата-центры по всей стране потребили около 176 тераватт-часов, что составляет 4,4% от общего потребления электроэнергии в стране. Исследование прогнозирует, что к 2028 году потребление электроэнергии дата-центрами может достичь 325-580 тераватт-часов, что составит 6,7%-12,0% от общего потребления электроэнергии в стране.

Обратите внимание: это прогноз на тот момент, а не уже достигнутый уровень потребления электроэнергии, но он ясно показывает масштаб проблемы. Дата-центры требуют не только GPU, но и новых мощностей для генерации электроэнергии, линий электропередач, трансформаторных подстанций, систем охлаждения, водных ресурсов и земли.

Кто понесет эти затраты на инфраструктуру? Если крупные технологические компании получают вычислительные мощности и коммерческую прибыль, а часть затрат на строительство электросетей перекладывается на обычные семьи через тарифы на коммунальные услуги, местная политическая оппозиция естественно возрастет. Эта оппозиция не обязательно возникает из неприязни к технологиям ИИ; она также может быть вызвана беспокойством о ценах на электроэнергию, использовании земли, охране окружающей среды и государственных субсидиях.

В январе 2026 года сенатор-демократ Кори Букер и другие предложили Законопроект "Энергия для народа", требующий от крупных дата-центров нести связанные с расширением электросетей затраты, чтобы уменьшить бремя для обычных жителей.

Но стоит отметить, что эта позиция не уникальна для демократов. В сентябре 2026 года Палата представителей приняла законопроект "Закон о защите плательщиков", инициированный республиканцами, с голосованием 417 за и 3 против, многие демократы также проголосовали "за". Этот законопроект затем не прошел в Сенате, получив 57 голосов "за" и 43 "против", не достигнув необходимого порога в 60 голосов для продвижения. Противники из числа демократов считали, что законопроект просто требует от штатов рассмотреть соответствующие стандарты и не имеет обязательной силы; республиканцы подчеркивали необходимость уважать полномочия регулирования штатов.

Этот инцидент показывает, что у обеих сторон есть значительное совпадение в целях защиты плательщиков за электроэнергию, но все же существуют разногласия в отношении силы ограничений и способов их выполнения. Реальные политические разногласия часто гораздо сложнее, чем упрощенные представления о противостоянии двух партий в СМИ.

V. Нельзя отрицать: требования кандидатов от демократов о ограничении дата-центров действительно могут оказать реальное влияние

Рациональный анализ также не должен уходить в другую крайность — считать, что все заявления о ограничении инфраструктуры ИИ являются лишь предвыборными лозунгами.

После промежуточных выборов 3 ноября 2026 года Reuters сообщила, что победивший на выборах губернатор Техаса от демократов Джина Хинохоса пообещала приостановить одобрение новых проектов дата-центров до тех пор, пока не будут разработаны более четкие правила защиты сообществ и потребителей. Техас занимает важную долю в запланированной емкости дата-центров в США. Поэтому приостановка одобрения, даже если она не повлияет на конечный спрос на ИИ, может изменить сроки реализации проектов, распределение по регионам и финансовую отдачу.

Но также стоит отметить другой факт: до этих выборов губернатор Техаса от республиканцев Грег Эбботт уже предпринял меры по приостановке части новых подключений к электросетям и ужесточению проверки проектов дата-центров. В сентябре 2026 года как минимум пять республиканских кандидатов в штатах предложили или усилили требования о ограничении дата-центров. Это делает объяснение местных споров о дата-центрах исключительно как "демократы против ИИ" недостаточно обоснованным.

Будет ли новая предвыборная программа губернатора реализована, также зависит от административных полномочий, законодательных собраний штатов, комиссий по коммунальным услугам, существующих контрактов и судебного контроля. Объявление о победе в СМИ не означает, что соответствующие ограничения уже вступили в силу. Противодействие определенным проектам дата-центров или субсидиям не является тем же самым, что и противодействие самому ИИ. Но также нельзя игнорировать: даже если долгосрочный спрос на ИИ остается сильным, задержки в проектах могут привести к реальным потерям денежного потока. Для разработчиков дата-центров, зависящих от проектов и постоянного финансирования, этот риск особенно важен.

Шесть. Вопросы ИИ и экономические ограничения, которые нельзя игнорировать для двух партий США

ИИ уже не является просто вопросом программного обеспечения.

Он касается производства полупроводников, национальной безопасности, военных приложений, облачных вычислений, энергетических инвестиций, научной конкуренции и конкурентоспособности крупных технологических компаний США на мировом рынке. Это означает, что независимо от того, какая партия контролирует политическую власть, ей придется столкнуться с множеством одновременно существующих экономических стимулов.

С одной стороны, передовые ИИ могут повысить производительность, увеличить экономический выпуск и создать новые возможности в отраслях. С другой стороны, инфраструктура ИИ требует значительных объемов электроэнергии, капитала и общественных ресурсов, что также может привести к проблемам с занятостью, концентрацией рынка и перекладыванием затрат.

Степень внимания обеих партий к этим вопросам и инструменты политики не совсем одинаковы, но невозможно устранить эти ограничения только с помощью одной предвыборной лозунги.

Также можно обсудить личные инвестиционные портфели политиков. Семья Пелоси, некоторые демократы и связанные с ними члены Конгресса имеют наблюдаемую экспозицию к акциям технологических компаний через ETF, что является интересной линией для исследования. Однако публичные портфели имеют проблемы с задержкой раскрытия, широкий диапазон сумм и необходимость различать активы членов семьи и самих депутатов. Нельзя утверждать, что если у члена Конгресса есть акции NVDA, то он обязательно не будет поддерживать регулирование, влияющее на прибыльность центров обработки данных.

Инвестиционные портфели могут предоставить информацию о экономических стимулах, но не могут заменить прямой анализ голосования по законодательству, административных действий и исполнения политики. Более важно проверить, какие политики они в конечном итоге реализуют, чем наблюдать, что у них в кармане.

Семь. Наиболее распространенная ошибка на капиталовложениях: напрямую приравнивать политический нарратив к изменениям в прибыли

С инвестиционной точки зрения, негативные политические новости действительно влияют на стоимость акций, по крайней мере, через одну цепочку передачи: политическое событие → текст политики → административное исполнение → экономическая целесообразность проекта → ожидания прибыли компаний → оценка и риск-премия.

Любой из этих этапов может быть прерван или может отличаться от первоначальных предположений рынка. Например, если в каком-то штате повышаются затраты на подключение центров обработки данных к электросетям, это может привести к снижению IRR проектов для застройщиков; но если в конечном итоге это просто приведет к тому, что облачные компании возьмут на себя больше затрат на электроэнергию, спрос на GPU может не снизиться.

Другой пример: задержка проекта может негативно сказаться на разработчиках центров обработки данных в определенном регионе, но сделает уже существующие объекты с достаточной электроэнергией и мощностями более дефицитными. Если капиталовложение упростит все эти различия до "негативного влияния на сектор ИИ", это может привести к неправильному ценообразованию между разными компаниями.

С помощью причинно-следственной модели можно разделить риски на три конкурирующие гипотезы:

H1: Конечный спрос на ИИ-отрасль подвергается существенному давлению со стороны политики. Необходимо наблюдать за доказательствами сокращения капитальных затрат, отмены заказов, пересмотра спроса на вычислительные мощности и т.д.

H2: Спрос на ИИ все еще существует, но затраты на строительство инфраструктуры перераспределяются. Необходимо наблюдать за затратами на подключение к электросетям, задержками проектов, маржой застройщиков и доходностью инвестиций.

H3: Политические события являются лишь триггерами для переоценки рынка. На самом деле, увеличение падения может быть вызвано переоценкой, переполненными позициями, снижением кредитного плеча, хеджированием опционов и недостаточной ликвидностью.

Третий случай особенно стоит насторожиться.

Опыт 2022-2024 годов уже показал, что прибыль компаний, денежно-кредитная политика и изменения в оценке могут привести к совершенно различным рыночным результатам в одной и той же политической среде.

Рынок ИИ в 2026 году будет таким же. Даже если долгосрочный спрос на технологии не изменится, огромные капитальные затраты, стоимость финансирования и высокие позиции Beta могут вызвать резкие корректировки.

Таким образом, долгосрочный оптимизм по отношению к ИИ не означает, что каждое падение следует немедленно использовать для покупки, и тем более не означает, что можно игнорировать риски портфеля.

Действительно ценные покупки на падении должны основываться на независимой оценке фундаментальных факторов, оценки и ликвидности, а не на простой оптимистичной или пессимистичной позиции по отношению к какой-либо политической партии.

Восемь. Наиболее важное для размышлений — это не отношение демократов к ИИ, а способ анализа инвесторов

Оглядываясь на весь цикл ИИ, мы обнаруживаем общую когнитивную проблему:

Рынок любит использовать простые политические ярлыки для объяснения сложных изменений в отраслях.

Демократы победили, ИИ может быть под контролем, значит, акции технологий упадут.

Республиканцы победили, регулирование может ослабиться, значит, акции технологий вырастут.

Эта нарративная эффективность распространения очень высока, но в оценке активов часто упускаются самые важные промежуточные переменные.

Бычий рынок ИИ 2023-2024 годов не остановился из-за того, что администрация Байдена внедрила регулирование безопасности ИИ; споры о инфраструктуре ИИ в 2026 году также не исчезнут просто потому, что республиканцы поддерживают конкурентоспособность технологий США.

Политика может изменить затраты на строительство, но не обязательно изменит спрос; она может повредить прибыль некоторых компаний, но не обязательно повредит всей отрасли; она также может привести к реальным задержкам проектов, которые не могут быть просто названы рыночным шумом.

Действительно строгие инвестиционные исследования должны моделировать позиции партий, политические ограничения, экономическую целесообразность проектов, прибыль компаний и оценку акций отдельно.

Вернемся к первоначальному вопросу: противодействуют ли демократы ИИ?

По крайней мере, согласно записям федеральной политики 2022-2024 годов, нельзя сделать вывод о том, что демократы в целом против развития ИИ-отрасли. Но это также не означает, что внутри демократов нет политических сил, выступающих за строгие ограничения на некоторые приложения ИИ и строительство центров обработки данных. Более точное понимание заключается в том, что ИИ-отрасль США уже вступила в новую стадию, где техническое расширение переплетается с распределением социальных затрат.

Для инвесторов решающим фактором долгосрочной доходности является не наклеивание ярлыка "поддержка ИИ" или "против ИИ" на какую-либо политическую партию, а способность оценить, сможет ли спрос на технологии продолжать расти, смогут ли компании создавать свободный денежный поток и какую часть распределения стоимости на самом деле изменила политика.

Не следует воспринимать политические лозунги как факты отрасли, не следует воспринимать результаты выборов как прогнозы прибыли и не следует воспринимать рыночные настроения как инвестиционные выводы.

Если говорить о самом важном уроке, который оставила история 2022-2024 годов, то это:

Долгосрочное развитие ИИ-отрасли может пересекать разные политические циклы, но оценка и прибыль ИИ-компаний все равно должны подвергаться реальной проверке в каждом политическом цикле.

Истинное независимое мышление заключается не в том, чтобы верить, что какая-либо партия всегда будет благоприятна для акций технологий, а в том, чтобы независимо от того, кто у власти, уметь распознавать отраслевые тренды, проверять доказательства политики и определять, куда на самом деле будут направлены капиталы.